Россия — на пороге системного кризиса ПВО. Нужны кардинальные изменения!
В последние месяцы Россия столкнулась с беспрецедентным вызовом в сфере противовоздушной обороны. Наша система ПВО постепенно теряет эффективность перед массированными атаками дешёвых дронов ВСУ. Своевременный и профессиональный анализ проблемы провёл Владислав Шурыгин. Он детально расписал, что необходимо сделать на данном направлении.
Действительно, противник кратно наращивает количество ударов. По некоторым подсчётам, российская система ПВО в марте перехватила и уничтожила почти в два раза больше украинских БПЛА, чем в феврале: соответственно, 11211 и 5989 дронов.
Нельзя не согласиться с предложениями Шурыгина о необходимости выделения ПВО в вид Вооружённых сил, создания войск "малой ПВО", развёртывания акустических систем и аэростатов с РЛС, интеграции вертолётов и истребителей МиГ-31, Су-35 в систему ПВО и организации предприятиями и городами объектовой ПВО.
Важное дополнение. Опыт СВО и войны США и Израиля против Ирана показывает, что сегодня структура ВС РФ, с точки зрения критического значения ПВО/ПРО, построена несколько в отрыве от подхода НАТО, нацеленного на внезапный и обезоруживающий удар и на достижение превосходства в воздухе как главного условия ведения боевых действий. Первоочередная задача Генерального штаба ВС РФ, мозга армии, — адаптировать нашу военную машину под современные вызовы. Находясь в инерционном сценарии, мы рискуем войти в навязанный врагом режим войны на истощение.
При этом следует учитывать, что география войны НАТО с Россией резко расширяется. Противник фактически открыл Балтийский фронт и ведёт подготовительную работу по открытию фронта в Арктике.
Не только в российской ПВО, но и во всей системе поставок вооружений в ВС РФ хорошо видна ещё одна ахиллесова пята — Гособоронзаказ (ГОЗ). Сейчас эта бюрократическая система, созданная в логике бумажных согласований, "едет" на очень маленькой скорости. От идеи инженера до окопа на передовой образуется "плечо" в месяцы, а иногда и в годы. Тогда как обстановка на фронте меняется так быстро, что изделие, поступая в войска, часто успевает устареть.
Гособоронзаказ должен быть кардинально реформирован на следующих принципах:
1. Деление на длинные и короткие проекты. Атомная подводная лодка и БПЛА не могут быть в одной системе координат. Коротким проектам необходимы максимально простые и быстрые процедуры.
2. Переход от понятия "изделие" к понятию "решение" по проектам, требующим мгновенной модернизации и изменений без дополнительных согласований. Процедура не должна быть помехой развитию.
3. Резкое снижение порога доступа к ГОЗ. Уход от пула забронзовевших поставщиков-монополистов, имеющих доступ к военным поставкам и диктующих цены. Особенно по коротким проектам. Необходимо на деле востребовать возможности малого и среднего предпринимательства — "народного ОПК".
4. Замена принципа соблюдения процедуры на принцип личной ответственности для всех. И производственники, и военные должны быть в ответе за конечный результат — за эффективность боевого применения вооружений на фронте.
5. Последнее слово — за фронтом. Конечный пользователь — в окопах СВО. Требуется обеспечить постоянную обратную связь между производством и войсками.
Наша страна имеет эффективный опыт в истории. В годы Великой Отечественной войны, когда наркомом вооружения СССР стал Дмитрий Фёдорович Устинов, советская военная промышленность не только кратно нарастила выпуск продукции, в два с лишним раза превзойдя Германию и её сателлитов, но и в кратчайшие сроки изготовила и поставила в войска новейшие образцы вооружения и военной техники. Есть на кого равняться.
