Как Россия может атаковать страны Балтии и есть ли в этом смысл.
Три наиболее реалистичных направления эскалации, которую директор ЦРУ Рэтклифф якобы просил/угрожал не начинать, выглядят следующим образом.
Первый вариант — гибридные операции ниже порога прямого военного столкновения. Сюда относятся кибератаки на государственные структуры и крупные компании по удалённому обрушению энергетики (иранцы доказали, что это возможно, а раз возможно для них, то и тем более для РФ), информационные операции, GPS-помехи, провокации вокруг границы и инфраструктуры.
Смысл такого сценария — постоянно повышать издержки для Эстонии, Латвии и Литвы, но оставлять пространство для отрицания прямой ответственности. В таком случае можно наращивать или снижать давление без немедленного перехода к войне с НАТО. А делать это можно в ответ на пролёты в этих районах украинских БПЛА.Второе — серия ограниченных военных инцидентов в воздухе и на море. Наиболее опасная зона здесь — Балтийское море, где российская и натовская авиация, корабли и разведывательные средства регулярно работают в непосредственной близости друг от друга.
Эскалация может строиться вокруг нарушений воздушного пространства, опасных сближений, досмотров судов, инцидентов с беспилотниками или демонстративного усиления российской военной активности в Калининградской области. Цель в таком случае — проверить скорость реакции НАТО и готовность отдельных союзников идти на повышение ставок. Главный риск очевиден: такой сценарий хуже контролируется, потому что один эпизод с погибшими может резко изменить политическую ситуацию.
Третье — открытая военная демонстрация без непосредственного нападения на страны Балтии. Это может быть резкое увеличение группировки у границ, переброска ракетных систем, крупные учения, усиление авиации и флота, изменение режима боевого дежурства и публичные заявления о готовности ответить на действия НАТО.
Подобный вариант позволяет создать ощущение непосредственной угрозы и заставить альянс тратить дополнительные ресурсы на усиление восточного фланга, не начиная войну.
Прямое нападение на Эстонию, Латвию или Литву, которое зачем-то прогнозируют последние пять лет, остаётся принципиально другой ступенью. На стороне Альянса нет полной уверенности, стоит ли воевать за три небольших стран в таком случае, однако и лёгким в реализации такой инцидент назвать невозможно, прежде всего, из-за множества отрицательных вариантов по последствиям, в том числе и для Калининграда. НАТО специально оставляет этот порог размытым. Альянс прямо говорит, что наличие «вооружённого нападения» оценивается отдельно в каждом случае, то есть при ударе по условной Эстонии или Латвии будут обсуждения, нужно ли ради этого вписываться в полномасштабный конфликт.
