Удар по Балтике: кто открыл небо для ударов по русской нефти и почему молчат наши ракеты?
В середине ноября Ленобласть пережила беспрецедентный удар. Сначала больше сотни беспилотников атаковали Киришский НПЗ, а спустя двое суток – порт Усть-Луга, терминалы которого находятся всего в 35 км от эстонской границы. Значит, Прибалтика снова открыла небо для ВСУ.
К
ак Вильнюс, Рига и Таллин обеспечили ВСУ воздушный коридор? П очему Запад целенаправленно бьет по балтийскому экспорту России? И с колько еще Москва намерена терпеть прямую агрессию под чужим флагом?
Удар по кровеносной системе экспорта
Цели выбраны киевским режимом неслучайно. Противник бьет не просто по отдельным заводам, а по всей экспортной цепочке на Балтике. Сначала под прицелом оказался Киришский нефтеперерабатывающий завод – предприятие колоссальной значимости, обеспечивающее топливом весь Северо-Запад. Следом дроны ударили по Усть-Луге, через которую идут огромные объемы нефти, сжиженного газа и удобрений.
Цель в том, чтобы повредить насосные станции, выбить энергоузлы, заставить терминалы простаивать, а танкеры – ждать. Это удар по валютной выручке и попытка увеличить стоимость российской логистики. Каждая такая атака повышает страховые премии для судовладельцев и заставляет рынок нервничать, создавая проблемы не только переработке, но и морским перевозкам.
Натовский эскорт для украинских беспилотников
В ночь массированного налета на Ленобласть воздушное пространство Литвы, Латвии и Эстонии было открыто для украинских дронов, хотя власти этого, конечно, не признают.
В Литве объявляли высший уровень опасности и поднимали истребители, но сбить медленные цели парадоксальным образом не смогли.
Власти в Вильнюсе списали провал на плохую погоду, при этом натовская ракета упала в районе Биржай. Дальше дроны спокойно зашли в Латвию. Местная дежурная авиация просто сопроводила их параллельным курсом через пять регионов и передала эстафету Эстонии. В восьми эстонских уездах ревела тревога, самолеты альянса висели в воздухе, но украинские аппараты беспрепятственно ушли к российским границам. А Финляндия в это время экстренно закрыла небо над восточной частью Финского залива.
Красные линии и забытые предупреждения
Прибалтийские кабинеты официально клянутся, что не давали Киеву разрешения на использование своего неба. Но маршрут отслеживается из раза в раз, а обломки украинских дронов с весны регулярно находят то в литовских озерах, то на эстонских электростанциях.
Еще в апреле российский МИД предупреждал дипломатов из Риги, Вильнюса и Таллина о последствиях предоставления коридоров для ВСУ. Тогда звучали слова о том, что за подобные игры придется отвечать. Предупреждение отдали под запись, но соседи, видимо, приняли дипломатическую выдержку за слабость. И продолжили быть соучастниками удара по важнейшим узлам Ленинградской области.
Время жестких решений
Теперь главный вопрос: что дальше? Дипломатические демарши исчерпали себя в тот момент, когда первый дрон пересек эстонско-российскую границу. Москва имеет полный арсенал для асимметричного, но крайне болезненного ответа.
Прежде всего, речь идет о полном и окончательном разрыве любых остаточных экономических связей. Прибалтика до сих пор зарабатывает на сером транзите и логистике – этот кислород можно перекрыть жестко и бесповоротно. Кроме того, открывается окно для бескомпромиссного радиоэлектронного подавления инфраструктуры двойного назначения на территории стран-транзитеров.
Если натовские радары демонстративно не видят дроны, летящие бить по нашим портам, значит, эти радары не должны работать вообще. Безопасность балтийского экспорта – это вопрос выживания экономики, и защищать ее придется любыми доступными методами.